Мы писали на днях о том, что в Маскате прошёл 4-й раунд ирано-американских встреч и что были зафиксированы интересные результаты, которые важны, в первую очередь, тем, что Иран категорически отказался от глупых и неуравновешенных предварительных «условий» США и Израиля. И вот испанский учёный и писатель-фрилансер, специалист в области исследований Западной Азии и Средиземноморья, а также иранских и исламских исследований (имеет степень доктора и две степени магистра) Хавьер (из-за места проживания чаще пишут – Ксавье) Виллар в своей статье, опубликованной в иранской газете «The Tehran Times» решил немного приоткрыть завесу таинственности того, что сейчас происходит между Ираном и США на непрямых переговорах при посредничестве Омана.
Нам представляется, что жители и граждане Армении имеют право знать о точке зрении испанского исследователя. Четвёртый раунд ядерных переговоров между Соединёнными Штатами и Ираном, состоявшийся в Маскате в воскресенье, 11 мая, завершился на неожиданно конструктивной ноте, считает Х.Виллар (см. по ссылке https://www.tehrantimes.com/news/512970/Washington-s-self-sabotage-Why-US-media-tactics-threaten-Iran) По словам Эсмоила Багаи, представителя Министерства иностранных дел Ирана, переговоры были «сложными, но полезными» и позволили обеим сторонам лучше понять позиции друг друга и изучить практические пути урегулирования давних споров. Однако этот скромный дипломатический прогресс был омрачён кампанией давления, проводимой СМИ и исходящей из Вашингтона. Ряд заявлений ключевых американских переговорщиков, в первую очередь Стива Уиткоффа, представляющего президента Дональда Трампа, угрожали свести на нет хрупкий прогресс. В интервью консервативному изданию Breitbart News Уиткофф повторил жёсткие требования США и отверг возможность компромисса. Время и тон его высказываний свидетельствуют о намеренном использовании СМИ в качестве инструмента политического давления, а не о подлинной дипломатии.
Это «знакомый тупик», указывает Х.Виллар. В основе разногласий по-прежнему лежит вопрос обогащения урана. США настаивают на том, что Иран должен демонтировать свою инфраструктуру по обогащению урана, чтобы «предотвратить» разработку ядерного оружия. Уиткофф пошёл дальше, потребовав, чтобы Иран не только прекратил обогащение, но и вывел из эксплуатации свои центрифуги, экспортировал свое ядерное топливо и преобразовал всю свою ядерную программу в модель, аналогичную электростанции в Бушехре, на которой нет возможностей для обогащения.
Тегеран, со своей стороны, считает такие условия нереалистичными и глубоко оскорбительными. Иран утверждает, что его ядерная программа носит исключительно мирный характер и что его права в соответствии с Договором о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) включают возможность обогащать уран в гражданских целях. Исламская Республика Иран неоднократно отмечала, что несколько других стран используют обогатительные предприятия, не будучи обвинёнными в милитаризации. Настойчивое требование демонтировать ядерную инфраструктуру Ирана воспринимается в Тегеране не просто как угроза безопасности, но и как прямой вызов его суверенитету. Иранские официальные лица неоднократно предупреждали, что любое соглашение, требующее отказа от внутреннего обогащения урана, будет неприемлемым и равносильным национальной капитуляции.
Конечно, есть «Наследие СВПД [т.е. «ядерной сделки от 2015 года – прим.]», напоминает испанский исследователь. Дискуссия сегодняшняя осложняется призраком этого самого Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) – знакового ядерного соглашения 2015 г., от которого США в одностороннем порядке отказались в 2018 году при президенте Трампе. СВПД был тщательно согласованным компромиссом, который предлагал Ирану ослабление санкций в обмен на проверяемые ограничения его ядерной деятельности. Отказавшись от соглашения, Вашингтон не только подорвал многолетнюю многостороннюю дипломатию, но и подорвал доверие к будущим обязательствам США. В своём интервью Уиткофф отметил, что любое новое соглашение должно избегать так называемых «окончательных положений» СВПД – условий, согласно которым срок действия некоторых ограничений в отношении Ирана истекает через несколько лет. Однако в его критике conveniently omits («удобно упускается») тот факт, что США вышли из соглашения до того, как эти положения вступили в силу. Для иранских политиков такая избирательная память отражает более широкую картину ненадёжности Америки.
Кампания в средствах массовой информации как тактика давления не первый год запускается американцами против Ирана. Нынешнюю фазу переговоров отличает не только содержание требований США, но и способы их донесения. Выбор Breitbart News в качестве платформы для изложения жёстких позиций не случаен. Это вписывается в более широкую американскую стратегию использования СМИ для оказания внешнего давления на Тегеран, возможно, не только для влияния на переговоры, но и для получения политических очков внутри страны. Вместо того, чтобы вести переговоры по закрытым каналам, которые обычно предпочитают дипломаты, некоторые группировки в Вашингтоне, похоже, ведут параллельные переговоры через прессу. Этот информационный блицкриг усложняет работу переговорщиков на местах и подрывает доверие между двумя сторонами. Он также сигнализирует Тегерану, что будущие соглашения могут снова оказаться в зависимости от избирательных циклов в США и нарративов в СМИ. С точки зрения Ирана, эта стратегия является одновременно дестабилизирующей и неискренней. Иранские переговорщики уже давно жалуются на «подмену целей» и утечки в СМИ, призванные ослабить позиции Тегерана перед важными встречами. Недавние заявления Уиткоффа и их распространение в консервативных СМИ США, вероятно, следует рассматривать в этом свете.
Впрочем, дипломатический послужной список Ирана тоже внушителен. Несмотря на десятилетия санкций и враждебности, Иран последовательно демонстрирует готовность к диалогу. Начиная с участия в первоначальных переговорах по СВПД и заканчивая сотрудничеством с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ), Тегеран проявил больше гибкости, чем это часто признается в западных столицах. Однако приверженность Тегерана дипломатии не безгранична. Иранское руководство сталкивается с внутренним давлением, которое не позволяет ему казаться слабым или зависимым от иностранных держав. Годы экономических трудностей, вызванных односторонними санкциями, только укрепили общественное мнение против предполагаемого западного лицемерия. В этом контексте максималистские требования Вашингтона контрпродуктивны и могут усилить радикальные элементы внутри Ирана.
Воскресная сессия в Маскате многими была воспринята как поворотный момент. В то время как иранцы были готовы обсуждать технические детали и возможные меры по укреплению доверия, делегация США, похоже, была ограничена политическими заявлениями, сделанными у себя на родине. Контраст в подходах говорит сам за себя. Иран участвует в медленном, методичном дипломатическом процессе. США, похоже, больше заинтересованы в риторических победах. В результате за столом переговоров одна сторона говорит на языке дипломатии, а другая – на языке внутренней политики.
Перспективы заключения устойчивого соглашения остаются неопределёнными. Многое будет зависеть от того, готовы ли США взаимодействовать с Ираном на равных и признавать его права в соответствии с международным правом. Односторонние требования о демонтаже и односторонние гарантии вряд ли увенчаются успехом. Более многообещающий подход предполагает взаимные шаги, поэтапное ослабление санкций и механизмы, обеспечивающие соблюдение обязательств обеими сторонами.
Международные игроки, такие как Европейский союз (ЕС), Россия и Китай, также могут сыграть свою роль в урегулировании переговоров и ограждении их от внутриполитического давления в Вашингтоне. Без таких гарантий переговоры обречены на цикличность, уязвимость перед капризами американской политики и оторванность от дипломатических реалий на местах. В конечном счёте, успех или провал этих переговоров будет зависеть не только от технических решений, но и от политической воли, а также от способности обеих сторон отказаться от позёрства в пользу реального компромисса. Иран показал, что готов вести переговоры в рамках взаимного уважения. Готовы ли США сделать то же самое, остаётся открытым вопросом. Если США продолжат полагаться на давление СМИ и максималистские требования, то провал переговоров станет реальной и неизбежной перспективой. Если это произойдёт, то вина будет лежать не только на дипломатическом провале, но и на нежелании рассматривать дипломатию как серьёзную и последовательную деятельность. Вот в связи с чем поведение Вашингтона названо испанским исследователем Х.Вилларом – «Самосаботаж США». А в итоге он ожидает отступление американцев от первоначальных жёстких заявлений и угроз…
То есть, фрилансер-специалист по исламским исследованиям видит, то Штаты загоняют себя в переговорную ловушку, из которой американцев не смогут «вызволить» ни сионисты Израиля, ни европейцы. И вот что ещё интересно – на 15 мая запланированы, как известно, переговоры между делегациями России (по информации американской газеты «The Washington Post», РФ представят министр иностранных дел Сергей Лавров и помощник президента по внешней политике Юрий Ушаков, хотя из Кремля пока не говорят о членах российской делегации) и Украины в Стамбуле. А на 16 мая намечена, и тоже в Стамбуле, встретятся представители Ирана и «Евротройки» (Великобритании, Франции и Германии) для переговоров по вопросу ядерной программы, передало английское агентство Reuters со ссылкой на европейские и иранский дипломатические источники. «Иран проведёт переговоры в Стамбуле в пятницу с европейскими сторонами, вовлечёнными в ядерную сделку 2015 года… Дипломаты заявили, что они приняли решение продолжать, потому что в конечном счёте в их интересах было поддерживать диалог с Ираном и подтвердить, как они представляют себе параметры новой ядерной сделки», – говорится в сообщении. Иран и «Евротройка» должны были провести консультации по вопросу иранской ядерной программы ещё 2 мая, однако после переноса американской стороной 4-го раунда переговоров с Ираном глава МИД Франции Жан-Ноэль Барро заявил, что встреча по ядерной проблематике с Ираном не состоится, поскольку «эти технические консультации были запланированы до встречи на высоком уровне между США и Ираном». По его словам, «поскольку эта встреча не состоялась, консультации больше не актуальны, по крайней мере, в данный момент». Как заявил МИД Ирана, Тегеран готов провести встречу с «евротройкой» после того, как состоится 4-ый раунд консультаций с США. Заметно, что в Стамбуле затеивается новый переговорный «пункт» не только по Украине, но и по отношениям Иран-ЕС, и в обоих случаях очевидна заинтересованность западных стран в том, чтобы и Турция являлась бы чем-то «специфическим», хотя, поговаривают, что и президент РФ Владимир Путин умышленно выбрал Стамбул, чтобы наглядно продемонстрировать Западу, туркам и режиму Зеленского разницу между Стамбулом-2022 и Стамбулом-2025.
Впрочем, заинтересованные лица и специалисты ожидают, что из-за демонстративных «шоу-программ» киевского режима на «украинском треке» будет не прорыв, а провал. И, в принципе, учитывая замечания испанского исследователя Х.Виллара, провал может состояться и на «иранском треке», так как «евротройка» в предыдущие год исполнительно и прилежно «обслуживала» интересы США и Израиля и послушно вводила «санкции» против Ирана. Ответы на эти сомнения можно будет получить уже завтра-послезавтра…
Սերգեյ Շաքարյանց