Эскалация военной напряжённости на Ближнем Востоке не исключает появления очагов новых конфликтов, где Израиль становится инициатором.
Какие новые конфликты могут стать реальностью на Ближнем Востоке? В мире, к сожалению, нескончаемые противоречия нередко становятся причинами военных конфликтов, где право сильного определяет предмет спора. Ближний Восток исторически отличался высокой степенью конфликтных отношений между государствами региона, либо конфликтным вмешательством внешних сил («великих держав»). До Первой мировой войны Ближний Восток был разделён между двумя крупными региональными империями (Османской и Персидской), что определяло характер внутренних конфликтов, а внешнее вмешательство шло то со стороны Европы («крестовые походы»), то Российской империи.
Распад Оттоманской империи и частичное решение Большого ближневосточного вопроса по архитектуре Великобритании и Версальской системы, а также постколониальное развитие региона по итогам Второй мировой войны с образованием (или возрождением) новых государств породили очередные противоречия в регионе.
Можно выделить четыре ключевых центра, от позиции которых зависит стабильность Ближнего Востока (в частности, Турция, Иран, Арабский Восток и Израиль). В период «холодной войны» США и СССР (НАТО и ОВД) оказывали непосредственное воздействие на динамику событий ближневосточного региона, что отражалось в политических, экономических и военно-технических вопросах. С распадом же СССР и ОВД, на Ближнем Востоке США стали проводить гегемонистскую политику с целью установления монопольного контроля.
Неслучайно бывший президент США Джозеф Байден как-то отметил, что если бы не было Израиля, то Америке следовало придумать нечто подобное для проведения своей политики на Ближнем Востоке. https://politics.stackexchange.com/questions/85987/what-did-biden-mean-by-if-israel-did-not-exist-america-would-have-to-invent-it#:
Турция, будучи членом НАТО, оказалась под жёстким контролем США. Иран до февральской революции 1979 г. оставался ключевым союзником США и Великобритании по блоку CENTO, но с приходом к власти шиитского режима в Тегеран США и их союзники приобрели нового противника. Богатейшие энергетическими ресурсами страны Арабского Востока через союз с США получали доступ к мировым рынкам сбыта нефти и газа, но их военная мощь ограничивалась Вашингтоном и компенсировалась размещением американских военных баз. И только Израиль благодаря политике сионизма, сохраняющемуся арабо-израильскому конфликтному потенциалу и возможностям мирового еврейского капитала получал самую высокую финансовую, экономическую, технологическую, военно-техническую помощь и дипломатическую поддержку США.
Отказ Израиля от признания палестинского государства вопреки резолюциям ООН, а теперь и решениям правительств ряда стран (включая Великобритании, Франции, Канады, Австралии, Испании, Португалии и др.) о признании Палестины, политика апартеида в отношении арабского населения, что порождает палестинское освободительное движение (квалифицируемое Тель-Авивом как терроризм), создаёт конфликтную ситуацию. Периодические арабо-израильские войны на протяжении более 70 лет так и не принесли мир в регион. Страны Арабского Востока недостаточно консолидированы вокруг палестинского вопроса, в силу не только внутренних разногласий, но и высокой зависимости от военной мощи и баз США в регионе. Потому отсутствие адекватной военной помощи Палестине в противостоянии Израилю приводит к поражению палестинцев и отсутствию мира.
Кэмп-Дэвидское (1978 г.) и Авраамовы (2020–2021 гг.) соглашения по инициативе США пока что не смогли разрешить палестино-израильский конфликт. Борьба за выживаемость Израиля в арабском окружении нередко становилась причиной завоевательной политики Израиля в плане обеспечения военной и экономической безопасности.
Нынешняя война с ХАМАС, начавшаяся с резни еврейского населения и захвата заложников на юге страны 7 октября, оказалась наиболее продолжительной по времени. Израиль не только сконцентрировал военный удар по Газе, но и стал проводить «малые войны» в отношении тех стран и организаций, которые поддерживают палестинцев. Изначально таким главным противником Израиль обозначил Иран в силу того, что Тегеран оказывал военную помощь ХАМАС с опорой на шиитские организации в Сирии, Ираке, Ливане и Йемене. Именно этим определяется третья ливанская война в октябре-ноябре 2024 г. для уничтожения военных объектов и руководства «Хезболлы», целевые удары по представителям КСИР в Сирии и Ираке, поддержка падения режима Башара Асада и занятие новых районов на юге Сирии, а также 12-дневная война с Ираном и нанесение авиаударов по иранским ядерным и военным объектам.
Однако Израиль не прекращает боевые действия и избирает новые направления эскалации войны. ЦАХАЛ получил одобрение на проведение наземной операции «Колесница Гедиона II» для полной оккупации сектора Газа, уничтожения ХАМАС, массового разрушения жилых зданий и депортации палестинцев. Следующим направлением конфликта остаётся Йемен и уничтожение военного потенциала хуситов. Между тем, Израиль, добившись на данном этапе ослабления Ирана, идёт на обострение отношений с Турцией с целью исключения регионального лидерства Анкары и её имперских (неоосманских) устремлений.
Конфликт Израиля с Турцией может быть на двух военных театрах. Исходя из международно-признанной географии современные Израиль и Турция не имеют прямых границ и пространственного соприкосновения. По этой причине многие эксперты (например, Яков Кедми) исключали вероятность прямого военного столкновения между этими странами, ибо без наземной операции нет и победы.
Азербайджанский эксперт Ризван Гусейнов полагает, что 6-миллионный Израиль не может победить 85-миллионную Турцию, к тому же вторую по численности армию НАТО (мол, Израиль не обладает соответствующей военно-политической мощью для победы над Турцией).
Сами турецкие эксперты утверждают о военно-техническом преимуществе Турции (особенно по линии ракетных войск, артиллерии, бронетехники, стрелкового вооружения, беспилотной авиации). Турецкий адмирал Джихат Яйчин полагает, что Израиль способен начать войну с Турцией, но неминуемо потерпит поражение. Его коллеги обещают Тель-Авиву нанести сокрушительный удар в течение 72 ч. Правда, «Голос Турции», всё же, признаёт бесперспективность шансов Турции в конфликте с Израилем из-за вмешательства США. В частности, данное издание отмечает: «Что, если на стороне Израиля выступят США и окажут ему максимальную поддержку? В этом случае вся тактика меняется, так как ВМС Турции не смогут тягаться с ВМС США. Америка обеспечит Израиль истребителями и другим вооружением, что значительно усложнит задачу для Турции. Мягко говоря, в нынешних условиях у Турции не будет шансов на победу в этом сценарии». https://t.me/voice_of_turkey/11625
Конечно, позиция турецких и протурецких экспертов понятна и объяснима не только в контексте национального патриотизма и общетюрской консолидации, но и в плане пропаганды. Между тем, несмотря на членство Турции в НАТО и приоритетное отношение администрации Р. Эрдогана к теме оборонной промышленности и вооружения армии, всё же, Израиль – это особый противник:
- Армия обороны Израиля имеет достаточное и современное вооружение, а израильские ВВС, пожалуй, самые мощные в регионе.
- Корпус военного командования ЦАХАЛ обладает более высокой подготовкой и боевым опытом, нежели турецкое. Пример начальника Генштаба ВС Турции генерала Сельчука Байрактароглу, чей опыт кадровика вряд ли способен противостоять израильскому коллеге генералу Херци Халеви (к тому же, массовые репрессии Эрдогана в отношении турецких военных после июльских событий 2016 г. значительно подорвали кадровые возможности турецкого командования).
- Израиль перед началом запланированных военных операций, как правило, проводит весьма эффективные разведывательно-диверсионные операции в отношении военного руководства противника (недавний опыт спецопераций Центра «Нили» против лидеров «ХАМАС», «Хезболлы» и Ирана тому показательный пример).
- Членство Турции в НАТО вряд ли поможет Анкаре в силу того, что США окажут всяческую, включая и военную, поддержку Израилю. Более того, на территории Турции размещаются важные военные базы США.
- Израиль в конфликте с Турцией способен создать некую военную коалицию (включая Грецию, Кипр, курдских и друзских ополченцев). Надежды Турции на Шушинскую декларацию 2021 г. и военный союз с Азербайджаном, Пакистаном и Узбекистаном (или региональный альянс с Египтом и Иорданией) вряд ли могут оправдаться, ибо американо-израильский тандем способен нанести союзникам Анкары непоправимый (военный, экономический и политический) удар.
- Израиль выступает против распространения ядерного оружия на Ближнем Востоке, но никогда Тель-Авив не заявлял о своём присоединении к данному процессу. Следовательно, никто не может дать Турции исчерпывающие гарантии об отсутствии ядерного оружия у Израиля.
- Одним из мощных инструментов поддержки Израиля выступает мировая еврейская диаспора и её капитал, а их возможности способны подорвать экономику Турции.
Между тем, вероятным театром военного столкновения Израиля и Турции может стать как территория Сирии, так и греческой части острова Кипр (куда спешно перебрасываются израильские системы ПВО). Все эти предпосылки свидетельствуют о не прогнозируемости последствий турецко-израильского конфликта на региональном и глобальном уровнях. Как минимум, НАТО окажется перед фактом развала, Кипр освободится от турецкой оккупации, ОТГ «похоронит» идею Турана, Пакистан станет «лёгкой добычей» Индии, а Турции угрожает развал территориальной целостности.
Александр СВАРАНЦ – доктор политических наук, профессор, эксперт по странам Ближнего Востока